12.11.11

Немецкий отчет о штурме Брестской крепости

Публикацию переводов документов из Федерального военного архива Германии мы начинаем с отчета командования 45-й пехотной дивизии вермахта о штурме Брестской крепости. Высокие потери дивизии в ходе этой операции (1121 чел. убитыми и ранеными, что составляет 7% от её штатной численности) вызвали удивление и раздражение верховного командования - в обстановку "триумфального марша", с которого начался Восточный поход вермахта, они не вписывались. Уже 25 июня начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Ф.Гальдер делает в своем "Военном дневнике" такую запись: "Подтверждается, что 45-я пехотная дивизия, по-видимому, зря понесла в районе Брест-Литовска большие потери… Выяснить эффективность огня наших установок «Карл» [тяжелые артсистемы] по району Бреста. Расследовать действия 45-й пехотной дивизии в районе Бреста..."

Можно предположить, что в ходе этого "расследования" и был составлен приведенный ниже отчет:

***************************************************************************************

BA-MA,  RH 20-4/192  (архивный фонд 4-й Армии вермахта)                     

 Секретно

 Копия

 45-я пехотная дивизия         Штаб-квартира дивизии 08.07.1941

 

Боевой отчёт о взятии  Брест-Литовска

 

    Задача дивизии, приложение сил и план артиллерийского огня исходят из приказа дивизии и приказа артиллерии (см. приложение)

 

22.06

 

      Артиллерийский план наступления был разработан не столько с расчётом на его действительное воздействие, как на его внезапность. Таким он должен был быть, так как, несмотря на многочисленные запросы дивизии, оснащение было недостаточным и артобстрел не мог быть долговременным с учетом необходимости использования морального воздействия огня тяжёлых реактивных миномётов (150-мм шестиствольный реактивный миномет "Небельверфер", прим. ред.). Так как тяжёлые реактивные миномёты должны были стоять заряженными на почти открытых огневых позициях (на расстоянии выстрела!), то было необходимо, чтобы они открыли огонь одновременно с началом наступления, и пехота под прикрытием их огня несколько минут спустя пошла в атаку. Было бы желательно вначале провести длительную аптподготовку и только потом открыть огонь тяжёлыми реактивными миномётами, но из-за опасности, что эти орудия с боеприпасами могли быть поражены огнём противника, эту мысль пришлось отставить.

      То, что тяжёлые реактивные миномёты не способны разрушить подвалы и другие укрытия крепости, было известно и неоднократно подчёркивалось командиром дивизии как особая слабость  артиллерийского воздействия.

      Распределение огня тяжёлых реактивных миномётов приблизительно соответствовало предложению командира 4-го полка тяжёлых реактивных миномётов  для особого применения, только комдив приказал сосредоточить больше огня на главном острове, чем было ранее предложено.

      Артиллерийское вооружение дивизии должно было вначале состоять - кроме дивизионной артиллерии (9 лёгких, 3 тяжёлых батареи) - только из тяжёлых реактивных миномётов (9 батарей пусковых установок, 2880 выстрелов) и двух 60-см орудий; последние из-за того, что они могли производить только один выстрел каждые 5 минут и из-за ограниченности поля обстрела могли лишь  короткое время участвовать в наступлении.

      Обоснованные этими аргументами просьбы об усилении артиллерии и личное вмешательство генерал-лейтенанта Хайнеманна (Heinemann), высокопоставленного артиллерийского командира 302-й (?), привели к тому, что дивизии были приданы 9 мортир (210-мм тяжелая гаубица, вес снаряда -113 кг прим. ред.) с небольшим числом обслуживающего персонала, так что дивизия за несколько дней до наступления создала из собственных сил слаженно работающий мортирный дивизион, а также действия командира артиллерии 27-й (?), который с честью выдержал испытания в тяжёлые дни наступления, командуя ведением огня. Кроме того, командир 12-го армейского корпуса перенёс на крепость огонь двух мортирных дивизионов, принадлежавших 31-й и 34-й дивизиям; достаточным это усиление всё же не было.

 

22.6

 

       Внезапность, которую оказали на русских огонь артиллерии и реактивных миномётов, а также очень энергично проведённое наступление пехоты, привели в начале к следующим результатам:

      1) Железнодорожный мост через р. Буг был взят в результате смелой вылазки, взывчатка удалена и мост вместе другим мостом меньшего размера обезопасены. Переход войск по железнодорожному мосту стал возможен.

      2) Наступление 130-го пехотного полка южнее крепости и города Брест-Литовска привело к тому, что до обеда были заняты неповреждёнными важные для прохода первой танковой колонны мосты через р. Мухавец юго-западнее и юго-восточнее города; штурмовые лодки 81-го сапёрного батальона, которые поднялись вверх по течению р. Мухавец, сыграли значительную роль при взятии мостов. Мосты удерживались против русских контрударов, в которых использовались танки, при этом 12 русских танков было уничтожено усиленным 130-м пехотным полком.

      3) Мост через р. Буг на южной окраине крепости был быстро наведен; кроме того 81-й сапёрный батальон под огнём противника построил 8-тонный временный мост на северной окраине крепости.

      Однако очень скоро (около 5.30 - 7.30) стало ясно, что позади наших прорвавшихся вперёд рот русские сформировались и начали очень упорно и стойко защищаться как стрелковым оружием, так и с использованием находящихся в крепости 35-40 танков и бронированных разведывательных машин; при этом выявилось, что они хорошо обучены снайперскому мастерству в стрельбе с деревьев, с крыш и подвалов и, достигая при этом большой скорострельности, вскоре причинили нам большие потери в офицерах и унтер-офицерах. Страх быть расстрелянным при взятии в плен - как комиссары учили солдат - вероятно очень способствовал решению защищаться до последнего.

      В ранние предобеденные часы стало ясно, что артиллерийская поддержка ближних боёв в крепости невозможна, так как наша пехота тесно переплелась с русской, и наши боевые порядки в сплетении построек, кустов, деревьев, развалин частью невозможно определить, а частью они даже отрезаны или окружены русскими очагами сопротивления. Многократные попытки действовать отдельными орудиями, танками и легкими гаубицами стрельбой прямой наводкой не удавались из-за недостаточного обзора и из-за угрозы поразить своих солдат и, кроме того, из-за большой толщины стен крепости.

      Также ничего не смогла сделать и проходившая после обеда мимо крепости батарея "штурмовых орудий" (самоходка на базе среднего танка с короткоствольной 75-мм пушкой, прим. ред), которую командир 133-го пехотного полка по собственной инициативе подчинил себе. Также и введение в бой новых сил 133-го пехотного полка (до этого резерв корпуса) на южном и на западном островах начиная с 13-15 не принесло изменения ситуации: там, где русские изгонялись, выкуривались из подвалов, домов, канализации и других закоулков, появлялись новые и стреляли превосходно, так что наши потери увеличивались.

      Для уничтожения русских танков, которые могли прорваться из крепости в сторону города и для зачистки города севернее северного острова в сторону ж/д станции (северо-западнее города Брест-Литовска) был выведён 45-й истребительно-противотанковый дивизион (без одной роты - она была придана 130-му пехотному полку), где дивизион многократно имел возможность поражать русские танки.

      Около 13-50 командир дивизии, находившийся в 135-м пехотном полку (северный остров), лично убедился в том, что ближним (рукопашным) боем крепость не взять и решил около 14-30 так отвести свои войска с тем, чтобы крепость была окружена со всех сторон и затем (ориентировочно после ночного отступления, начиная с раннего утра 23.6.) провести тщательно пристрелянный и наблюдаемый разрушительный огонь, который должен изнурить и уничтожить русских. Это решение было в 18-30 вполне определенно одобрено главнокомандующим 4-й Армии. Он не хотел ненужных потерь, т.к. движение немецких войск по шоссейной и железной дороге уже сейчас стало возможным; воздействие на них противника допускать было нельзя, а в остальном русских следовало выморить голодом.

      Вечером 22.6. были отданы приказы на выход из крепости и её окружение 133-м пехотным полком с I-м дивизионом 98-го артиллерийского полка (город Брест) и II-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с запада, юга и востока, и 135-м пехотным полком с III-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с севера, в основном на внешнем валу.

     Для ведения поражающего огня упомянутый выше 854-й частично моторизованный дивизион 21-см мортир (12 орудий), находящийся на позициях в районе Koroscyn 31-й дивизии был подчинён 45-й дивизии. Три стационарных мортиры 34-й дивизии были также подчинены 45-й дивизии, но из-за недостатка персонала и средств связи они не могли быть использованы; однако их боеприпасы были подвезены и использовались для усиления огня.

 

23.6

 

      Ночью проникшие на территорию крепости части 133-го и 135-го полков были согласно приказа отведены на позиции окружения крепости. К большому сожалению русские очень быстро заняли оставленные нами помещения, при этом группа немецких солдат (пехотинцы и сапёры, их число на тот момент ещё не было известным) осталась окружённой в крепостной церкви на главном острове; временами с ними ещё была радиосвязь, и у них находилось какое-то количество пленных русских.

      С 5-00 начался наблюдаемый (прицельный) обстрел главного острова и южной части северного острова, при котором тщательное пристреливание большими орудиями чередовалось со шквальным огнём; во время огня активность русских снайперов на деревьях обычно снижалась, но в затишьях между обстрелами тотчас упорно и с успехом вновь возобновлялась; обнаружить этих отлично спрятанных в маскировочной одежде стрелков было очень сложно.

      Примерно в 9-00 верховное командование 4-ой Армии предложило поставить автомобиль с громкоговорителем, по которому русским должна была быть разъяснена бесполезность их сопротивления и потребована их сдача. Несмотря на это средство, дивизия пыталась подчинить себе проходящие мимо танки, т.к. было очевидно, что только таким образом можно действительно очистить острова и обойтись без неизбежных при окружении потерь. Тем временем планомерный разрушительный огонь продолжался. В 14-00 прибыл вначале маленький а затем и более крупный пропагандистский автомобиль с громкоговорителем; после записи подходящего текста они были отправлены с учётом  направления ветра в 135-й полк (северный остров) и должны были, после проведённого с 17-00 до 17-15 усиленного обстрела, потребовать от русских в течение полутора часов сдаться в плен.

      Действительно, по этому требованию, в то время как артиллерия резко смолкла, после 18.30 сдалось примерно 1900 русских; возникло впечатление, что воля к сопротивлению у русских значительно ослабла, и что при возобновлении  артиллерийского огня и пропагандистской акции крепость падёт без новых потерь с нашей стороны. Поэтому автомобиль с громкоговорителем ещё вечером был отправлен в 133-й пехотный полк (южный остров), чтобы и там потребовать прекратить сопротивление. Однако пропаганда здесь не смогла быть услышана, так как с наступлением темноты русские предпринимали сильные попытки вырваться в сторону города на северо-восток и на восток, и сильный заградительный огонь артиллерии и пехоты заглушил звук громкоговорителя.

 

24.6.

 

      После попыток прорыва и оживлённого ночного огня русских стало ясно, что сдалась лишь небольшая, не желающая воевать часть русских, другие же были полны решимости к дальнейшей борьбе и отвергали всякую капитуляцию; по высказываниям пленных, это были офицеры и комиссары, которые частью письменно обязались сопротивляться до последнего, а также частью и их солдаты, которых они заставляли держаться до последнего, угрожая  расстрелом и запугивая, что немцы их всё равно расстреляют.

      Комдив принял решение, продолжая обеспечивать безопасность движения на автомобильном и железнодорожном мостах, вначале снова ввести в действие артиллерию, при этом медленный разрушительный огонь должен был чередоваться с сильнейшим объединённым огнём. В перерывах между обстрелами должны были снова и снова повторяться требования о сдаче, чтобы поколебать решимость русских сопротивляться. В беседе комдива с начальником штаба 4-ой Армии это решение было однозначно поддержано, начальник штаба указал на мнение командующего Армией - напрасно крови не проливать, главное - это обеспечить движение на дороге для танков.

      Продолжать артиллерийский обстрел было тяжёлым решением, т.к. окружённые в крепостной церкви продолжали держаться, и в моменты, когда удавалось связаться с ними по радиосвязи, просили помощи; чтобы не вызвать у них потерь, церковь и её ближайшее окружение не подвергались обстрелу, а тяжёлый реактивный миномёт вообще не использовался (т.к. эта система обладала очень высоким рассеиванием снарядов при стрельбе, прим. ред.), хотя к нему ещё имелось 150 снарядов. До обеда сдались отдельные русские.

      С 11-30 до 11-45 было запланировано новое сильнейшее массирование огня с последующей затем перерывом и требованием о сдаче по громкоговорителю. Незадолго до этого удалось вновь установить радиосвязь с окружёнными в церкви крепости и узнать, что там на пределе сил держатся как минимум 50 человек, часть из них ранена. Вследствие этого было срочно принято решение о том, что в 11-45, когда артиллерия резко прекратит огонь, вместо пропагандистской акции послать к церкви сильный штурмовой отряд из состава 133-го пехотного полка с задачей вызволить осаждённых.

      Используя действие особенно сильного артиллерийского обстрела с 11-30 до 11-45  133-му полку удалось освободить приблизительно 50 осаждённых и одновременно занять главный остров за исключением нескольких домов; также западная часть северного острова была занята 135-м полком, позже и южный остров вторым батальоном 133-го полка; при этом было  взято 1250 пленных. Очагами сопротивления русских оставались части некоторых домов и так называемый "Дом Офицеров" на главном острове, восточная часть северного острова (восточнее дороги, ведущей с севера на юг), главным образом вал у северного сооружения (? в оригинале Werk) и восточный форт.

      После обеда, во время зачистки главного острова, русские, примерно в составе роты, попытались прорваться через 1-е шоссе в сторону моста через р. Мухавец; они были уничтожены. Оживлённый огонь, который русские вели из своих очагов сопротивления, давал повод ожидать ночью новых попыток прорыва. Поэтому для прикрытия слабого места в кольце окружения между 135-м пехотным полком и 3-м батальоном 133-го полка был ещё поставлен 45-й разведывательный батальон. Русские пехотинцы с танками, действительно, пытались ночью пробиться из окружения, но были отбиты.

      Полевой командный пункт дивизии был перенесен из Тересполь в Брест-Литовск.

 

25.6.

 

      С раннего утра продолжалась зачистка очагов сопротивления, при этом командиру 135-го пехотного полка были подчинены ещё 2-й батальон 130-го пехотного полка и 45-й разведывательный батальон с 3-м батальоном 133-го пехотного полка для зачистки северного острова. Применение артиллерии из-за тесноты не было возможным. Огневые средства пехоты оказались бессильны из-за большой толщины стен; тяжёлые танки и "штурмовые орудия" могли бы действовать с успехом, но их не было. Один исправный огнемёт 81-го сапёрного батальона без прикрытия танками не мог приблизиться к зданиям, поэтому дивизия пыталась восстановить и использовать несколько трофейных русских танков, на что можно было рассчитывать к 26.6. Кроме того, ночью командование 4-й Армии по нашему запросу подчинило 45-й дивизии 28-й танковый взвод (три французских танка Somua); введение их в действие ожидалось не ранее 26.6 .

      Чтобы положить конец фланкирующему огню по северному острову из "Дома Офицеров" на главном острове, что оказывало очень неприятное действие, 81-му сапёрному батальону было поручено группами взрывников очистить этот дом и другие части. С крыши дома заряды взрывчатки были подведены к оконным проёмам и приведены в действие; были слышны крики и стоны раненых взрывами русских, но они  продолжали стрелять. Так день прошёл в постоянных ближних боях и приготовлении танков.

 

26.6.

 

      На главном острове 81-й сапёрный батальон провёл заранее подготовленный большой взрыв; из дома, у которого боковая кирпичная стена метровой  толщины была вдребезги разбита, было выведено приблизительно 450 пленных, часть из них принадлежала школе коммунистических  руководителей. Таким образом был устранен фланкирующий обстрел северного острова. Поэтому сразу после этого могла быть так проведена зачистка северного острова, так как из очагов сопротивления остался только восточный форт. Взять его средствами пехоты было невозможно, так как из глубокого рва с многочисленными капонирами в контрэскарпе и из подковообразного двора вёлся мощный винтовочный и пулемётный огонь, поражавший каждого приближающегося.

      Оставалось только одно решение - принудить русских к сдаче голодом и особенно жаждой, а кроме того использовать все средства, ускоряющие изнурение противника: постоянный огонь из тяжёлых минометов, чтобы мешать его передвижению во рве или во дворе, прямой обстрел танками, требование о сдаче голосом (через мегафон) или бросанием записок в ров с его верхнего края и прочее. Французские и русские  трофейные танки ещё не были готовы к применению.

 

27.6.

 

      От перебежчика из восточного форта стало известно, что там держат оборону приблизительно 20 офицеров и 370 человек с одним счетверённым пулемётом, 10-ю лёгкими пулемётами, 10-ю пистолет-пулеметами, 1000-ю гранатами, большим количеством боеприпасов и продовольствия. Воды мало, но её добывают из выкопанных ям. В форту есть женщины и дети. Душой сопротивления являются один майор и один комиссар, большинство окружённых из 393-го зенитного дивизиона 42-й стрелковой дивизии.

      Наконец, к обеду стало возможным ввести в сражение один французкий танк Somua (два других танка 28-го танкового взвода были неисправны) и один русский трофейный танк (второй из-за частых отказов мотора был только условно пригодным); с их огнём по окнам и амбразурам русские стали намного тише, но успех не намечался.

      В дальнейшем были отремонтированы ходовая часть и орудие (восстановлен частично удалённый затвор) "штурмового орудия", которое 22.6 была оставлено повреждённым на северном острове и попало в руки русским, а затем было снова введено в строй, и к ней подвезены боеприпасы. Отельные очаги сопротивления (одиночные русские всё еще стреляли из немыслимейших укрытий, как-то: мусорные вёдра, кучи тряпья и т.д.) были зачищены. Из восточного форта всё ещё велась стрельба.

 

28.6.

 

      Обстрел восточного форта танками и восстановленным "штурмовым орудием" продолжался без видимого успеха. Обстрел 88-мм зенитной пушкой тоже был безуспешным. Поэтому командир дивизии потребовал связаться с лётчиками на аэродроме Malaszewicze, чтобы проверить возможность бомбометания. Результат: бомбы сбросить можно, для этого необходимо оттянуть свои войска за внешний вал и до западного форта. Передислокация была проведена после обеда под прикрытием плотного огня, чтобы русские не смогли вырваться из восточного форта. К сожалению, небо затянулось низкой облачностью, и бомбовый удар 28.6. оказался невозможен. Тесный охват восточного форта был восстановлен; ночью для освещения форта использовались русские прожекторы (частично импровизированы из автомобильных фар).

      Русские всё ещё отвечали на каждое неосторожное приближение.

      Численность сил, занятых осадой, уменьшается, чтобы частично предоставить войскам необходимый им отдых.

 

29.6.

 

      После 8-00 самолёты сбросили несколько 500 кг бомб без заметных последствий, столь же мало эффективными оказались новые интенсивные обстрелы восточного форта танками и "штурмовым  орудием", хотя в стенах были заметны некоторые разрушения.

      На 30.6. готовилась атака с бензином, маслом и жиром, которые в бочках и бутылках должны были быть сброшены в ров и зажжены ручными гранатами или сигнальными ракетами.

      После обеда самолёты продолжили налёты с 500 кг бомбами. Когда при этом была сброшена одна 1800 кг бомба, которая попала в угол стены рва и своим взрывом сотрясла весь город Брест, сопротивление русских ослабло. Пропустив вперёд некоторое количество женщин с детьми, вечером сдались 389 человек; от своего командира, майора, они теперь получили разрешение сдаться. Они совсем не были  потрясёнными, выглядели крепкими и хорошо питавшимися, создавали впечатление дисциплинированности. Майор и комиссар найдены не были, по сведениям, они застрелились.

 

30.6.

 

      Ранним утром восточный форт был полностью обыскан, собраны несколько русских раненых и лежавшие перед ними убитые немцы. Найдено большое количество боеприпасов. Некоторые плохо просматриваемые помещения были выжжены.

      Во всё время боевых действий командование могло кроме радиосвязи пользоваться также и проводной связью, которую батальон связи, несмотря на большое количество водных преград и постоянный огонь противника, сохранял образцовым образом.

 

В результате тяжёлых боёв дивизии с 22 по 29. 6.41 можно констатировать:

      1) Крепость и город Брест-Литовск заняты и таким образом движение по важнейшим путям снабжения (1-я танковая дорога и железная дорога Варшава, Брест-Литовск) на восток стало возможным и надежно прикрытым.

      2) Крупные силы двух русских дивизий (6-й и 42-й) уничтожены, среди прочих захвачены следующие трофеи:

а) оружие:      14.576 винтовок

                          1.327 пулемётов

                              27  минометов

                               15 орудий 7,5-см                  )

                               10 орудий 15-см                   )

                                 5 гаубиц 15-см                   )

                                 3 пехотных орудия             )           всего =103 орудия

                                 6 зенитных орудий             )

                               46 противотанковых пушек )

                               18 прочих пушек                  )

 b) лошади:         780 лошадей

 c) подвижные средства: 36 танков и гусеничных машин

                              около 1500 автомобилей, в большинстве непригодных

 Пленными взято:

                              101 офицер

                           7.122 унтер-офицера и солдата

Кроме того у русских тяжёлые потери убитыми.

 

      На основании полученного опыта можно доложить:

1) Против старых укреплений с толстыми кирпичными стенами, укреплёнными бетоном, с глубокими подвалами и многочисленными непросматриваемыми и неясными закоулками и тайниками сильный  короткий артиллерийский удар бесполезен; необходим продолжительный разрушительный огонь с наблюдением, чтобы его действие дошло до глубины укреплённых помещений.

      Использование отдельных "штурмовых орудий", пушек, танков и т.д. из-за непросматриваемости многих закоулков крепости и большого числа возможных целей очень сложно и из-за толщины стен и сооружений не ведёт к успеху.

      Особенно непригодна для таких целей тяжёлая реактивная установка залпового огня.

      Воздушные удары самыми тяжёлыми бомбами есть отличное средство для морального потрясения гарнизона.

2) Внезапное нападение на крепость, в которой находится решительный защитник, стòит много крови. Эта азбучная истина в Брест-Литовске вновь подтвердилась. И для короткой внезапной схватки нужны мощные артиллерийские силы.

3) Русские сражались в Брест Литовске неимоверно выносливо и стойко, показали отличную солдатскую выучку и в большинстве своем проявили заслуживающую уважения готовность сражаться.

 

      45-я дивизия поставленную ей задачу выполнила. Потери были тяжёлые; они составляют:

      32 офицера, 421 унтер-офицер и солдат убиты или пропали без вести

      31 офицер, 637 унтер-офицеров и солдат ранены

      Несмотря на эти потери и на выносливость и смелость русских, твёрдый воинский дух дивизии, которая получает своё пополнение главным образом из верхнедунайской области (т.е. Австрии, прим. ред.) малой родины фюрера и верховного главнокомандующего, образцово выдержал до последнего дня кровавые ближние бои.

                                      Подписал Шлипер (Schlieper)

      Копия верна, капитан

     (подпись неразборчива)

 Перевод -  Василий Ристо

Перепечатка, цитирование и иное другое использование документа возможно только со ссылкой на сайт www.solonin.org

Версия для печати


Рейтинг: 5.00 (проголосовавших: 12)
Просмотров: 49447

Добавить в закладки | Код для блога | Обсуждение в блогах: 36
Предварительный просмотр:
Сайт Марка Солонина
Немецкий отчет о штурме Брестской крепости
Публикацию переводов документов из Федерального военного архива Германии мы начинаем с отчета командования 45-й пехотной дивизии вермахта о штурме Брестской крепости. Высокие потери дивизии в ходе этой операции (1121 чел. убитыми и ранеными, что составляет 7% от её штатной численности) вызвали...

Уважаемые пользователи! Если в ходе ознакомления с данным материалом у вас появилось желание задать вопрос лично Марку Солонину, предлагаем воспользоваться страницей обратной связи.

2016
2013
2012
2011
Copyright Mark Solonin
Создано brandangels.ru
Использование материалов сайта разрешается при условии ссылки (для интернет-изданий — гиперссылки) на solonin.org
Отправить сообщение Марку Солонину