08.04.13

"Нарком обороны обо всем этом не знает..." (два доклада генерала Кривошеина)

Семен Моисеевич Кривошеин, один из первых командиров-танкистов Красной Армии. С 1936 г. воевал в Испании. В сентябре 1939 г. комбриг Кривошеин командовал 29-й танковой бригадой, принимал совместно с Гудерианом парад ("торжественный совместный проход войск", на чем настаивают правильные историки) в Бресте. Принял участие в советско-финской войне на ее завершающем этапе (29-я танковая бригада штурмом взяла переданный Советскому Союзу г. Виипури/ Выборг). С апреля 1941 г. - командир 25-го мехкорпуса (Приволжский ВО, в дальнейшем 21-я Армия РГК), генерал-майор. С октября 1941 г. начальник Управления боевой подготовки ГАБТУ.

****************************************************************************


                                                    ЦАМО, ф.3, оп. 11353, д. 5, л.л. 63-65

Начальнику Главного авто-бронетанкового управления РККА
генерал-лейтенанту тов. Федоренко

Штаб 25-го мехкорпуса
Тереховка, 27.7.41 г.  12-00


     С особым возмущением докладываю Вам о фактах совершенно неправильного и нецелесообразного использования 25 МК. 18 июля мехкорпус сосредоточился на правом фланге 21-й Армии, 50 ТД  получила задачу во взаимодействии с 67 СК ликвидировать БЫХОВСКУЮ группировку противника, 219 МСД – занять ПРОПОЙСК.
     Для 25 МК это значило действовать в двух противоположных направлениях: одна дивизия на запад, другая на восток. Если к этому прибавить:
1. Приказ командующего 21-й Армии генерал-лейтенанта ГЕРАСИМЕНКО о передаче двух батальонов танков Т-26 стрелковым корпусам (50 танков, которые больше не вернулись).
2. Неоднократные приказы командующего 21-й Армии генерал-полковника т. КУЗНЕЦОВА* о придаче танков Т-34 и Т-26 стрелковым корпусам.
3. Болотисто-лесистую местность с узкими лесными дорогами и необученность водителей (батальоны танков Т-34 из Орловского и Сталинградского училищ прибыли с совершенно необученными водителями),
        то станет совершенно понятно, почему за 10 дней боевых действий 50-я танковая дивизия понесла безвозвратными потерями 18 танков Т-34 и 25 танков Т-26, провела 18 средних ремонтов танков Т-34 и 40 ремонтов танков Т-26 и превратилась в танковый батальон в составе 25 танков Т-34 и 20 танков Т-26. Это из общего числа – 64 танков Т-34 и 65 танков Т-26, не решив ни одной большой задачи по разгрому противника.
* Тут нет ни ошибки, ни опечатки. В течение пяти месяцев 1941 года 21-й Армией командовали: генерал-лейтенант Герасименко В. Ф., генерал-полковник Кузнецов Ф. И., генерал-лейтенант Ефремов М. Г., генерал-майор Гордов В. Н., генерал-лейтенант Кузнецов В. И. (другой Кузнецов!).
          219 МСД, получив задачу овладеть ПРОПОЙСКОМ, начала бой батальонами без артиллерии, т.к. сразу поднять её нечем. Ведя бой самостоятельно, понесла большие потери – 3000 чел., а начсостава осталось по 15-16 человек в полку.
          Таким образом, от 25 МК осталось очень немного, т.к. из 55 ТД, оставшейся на формировании в НОВОЗЫБКОВЕ, взято распоряжением командующего 3000 чел. на пополнение убыли в пехоте.
           Я отлично понимаю обстановку, что сейчас, и именно сейчас, нужно бить противника всеми средствами, но делать это нужно не простым выбрасыванием на фронт всего того, что есть под рукой для штопания дыр, а бросать с разбором.
         Опыт показывает, что наши замечательные танки Т-34, двигаяясь вслепую, без разведки, по лесу наталкиваются в упор на орудия, которые их расстреливают. Неоходима разведка на мотоциклах и броневиках. Это целиком относится к 50 ТД.
          Я просил, чтобы дали мне матчасть и только 10 дней для подготовки, чтобы научить элементарным боевым приёмам. Уверен, что Народный Комиссар Обороны обо всём этом не знает. Я уверен, что никому не позволено снабжать противника нашими замечательными танками, а в действительности так получается: от неумелого вождения горят главные и бортовые фрикционы, гнуться тяги передач и машина остаётся на поле боя под расстрел противника. Мне кажется, лучше иметь 10 МК, полностью обеспечить их матчастью, чем 30 бумажных.
           Сейчас замечательные кадры командиров-танкистов используются, как пехотинцы. Дерутся отлично, несут много потерь, которые восстановить будет трудно. Это нецелесообразно. Немецких бандитов мы безусловно раздавим до отказа, они сейчас уже выдыхаются. Нужно бить по ближним тылам, по бензину, снарядам: без того и другого танки только коробки. Значит, нельзя в первых же боях перевести как пехотинцев танковые кадры, подготовить которые гораздо трудней.
          Некоторые выводы:
1. Успех танков нужно немедленно закреплять мотопехотой.
2. Действия танков должны быть обеспечены средствами наземной разведки (мотоциклы и бронемашины) и обязательно постоянно приданными средствами авиаразведки, а танковую дивизию – разведэскадрилья.
3. Для большего успеха танковых дивизий необходимо взаимодействие с авиацией из расчёта полк пикирующих бомбардировщиков на танковую дивизию.
4. Придача танков из танковых дивизий стрелковым для тесного взаимодействия, кроме вреда и потери танков ни к чему не приводит. Общевойсковые начальники задачи танкам ставят неправильно, а когда танк подбит или остановился в расположении противника, просто бросают его, (случаи в 151 и 187 СД).
5. Танки Т-34 замечательные машины. Нужно конструктивно изменить:
а) облегчить натяжку гусениц, производя последнюю снаружи,
б) сделать прочнее главные и бортовые фрикционы (горят и коробятся),
в) тяги коробки передач гнутся,
г) перископ и панораму нужно защитить бронёй, т.к. из боя танки выходят в большинстве с побитыми перископами, панорамами и триплексами.
6. На пулемёты и пушки делат с боков броневые щиты. Было 4 случая попадания в пушку и срезания пулемётов.
7. Увеличить прочность гусениц, ленивцев и ведущих колёс.
8. Рации 71-ТК для танка Т-34 негодные, капризные и часто отказывают в работе.
9. Присланные заводские бригады работают хорошо, только они выручают в ремонтах.
           Прошу:
1. Пополнить корпус матчастью танков, броневых машин и мотоциклов.
2.  Дать возможность в течение 10 дней немного обучить вождению и стрельбе из новой матчасти и простейшим боевым приёмам.
3. Вышлите запасные части, главным образом главных и бортовых фрикционов, моторов, гусениц.
          Настоятельно прошу Вас через Народного Комиссара Обороны внести ясность в вопрос использования Мехкорпуса в предстоящих операциях.

****************************************************************************


                                             ЦАМО  ф. 38, оп. 11353, д. 3, л.л. 209-211


             Материал расследования потерь материальной части 12-й танковой дивизии

        По замыслу и приказу штаба 26-й Армии № 0013 12-я танковая дивизия должна быть использована в составе подвижной группы (5-й кавкорпус и 12 ТД) с задачей нанести удар в направлении ЗВЕНИГОРОДКА (между Умань и Черкассы - М.С.) и выхода в тыл и разгрома мотомехгруппы противника, действующей в юго-восточном направлении.
        С первого дня операции начинается неправильное использование танков. Исходный район для танковой дивизии был назначен в близости от противника, под непосредственным минометным и артиллерийским огнем. В результате чего 5.8.41 г. самый лучший батальон дивизии (1 ТБ 23 ТП) получил задачу "подавить огневые точки противника". Эта атака организована была плохо, и сразу потеряли 9 танков.

        Только 7.8.41 г. дивизия начала движение к реке РОССЬ (река на юге Киевской области, правый приток Днепра, на ней расположены Белая Церковь и Корсунь-Шевченковский), выполняя приказ № 0013. Эти  два дня дали возможность противнику определить подвижную группировку и уже с 14-00 7.8.41 г. бомбить ее авиацией. Кроме медлительности использования танковой дивизии - ее направили на реку РОССЬ, где не было мостов и бродов. Для обеспечения переправ армией не были подготовлены понтонные средства. Только 9.8.41 г. было решено использовать подвижную группировку в направлении на север (МЕДВЕДОВКА, ПИИ). Таким образом, фашисты имели возможность организовать оборону в районе МИРОНОВКА (это н.п. севернее р. Россь в 64 км восточнее Белая Церковь - М.С.).        

         В результате такой медлительности – вместо использования КК и ТД как подвижной группы - получилось наступление на организованную оборону противника. И этот вид боя был также недостаточно организован: 9.8.41 г. в районе МИРОНОВКА, хутор САЛОВ конница атаку не поддержала. 11.8.41 было решено отвести 12 ТД к СТЕПАНЦЫ (23 км восточнее Мироновка; кто куда наступал и отступал - понять трудно, но в целом дивизия ползала вперед-назад с амплитудой 20-25 км), где она получила занять оборону.
      14.8.41 г. отсутствие предусмотрительности со стороны [командования] Армии поставило 12 ТД в условия переправы через Днепр под минометным и артогнем, что способствовало увеличению потери танков. В результате с 5 по 4.8.41 г. (так в документе, скорее всего должно быть "с 5 по 14" - М.С.) потеряно: КВ – 2; Т-34 – 22; Т-26 – 19; Т-28 – 8; БТ – 36; БА – 2; тракторов – 11; колесных машин – 153; и мотоциклов – 31.

        На все потерянные машины дивизией составлен акт; после личного опроса экипажей установлено, что часть актов не соответствует действительности, так например:
        Танк Т-34 № 42827, командир танка ст. сержант тов. ЛАНДА. В акте записано: "танк сгорел", в действительности танк подбит, оставлен экипажем на поле боя, вооружение и оптика оставлены на танке. Экипаж пришел в часть.
        Танк Т-34 № 85934, командир танка лейтенант САЛЬНИКОВ. В акте записано: "танк сгорел"; из слов тов. САЛЬНИКОВА установлено, что танк подбит, оставлен экипажем на поле боя. Экипаж пришел в часть.
        Танк Т-34  № 85934, командир танка зам. политрука ГОСПОДАРЕВ. В акте записано: "танк подорван"; из слов ГОСПОДАРЕВА установлено, что танк простоял 3 дня (с 13 по 16.8) перед Каневским мостом [через Днепр], не был эвакуирован, и 16.8 после взрыва моста танк был сожжен командиром танка.


        Эвакуация материальной части организована не была. По словам командиров 2 ТБ 24 ТП капитана тов. НОВОХОТЬКО и командира 1 ТБ 24 ТП ст. лейтенанта тов. КРЫЖАНОВСКОГО установлено: указания по эвакуации подбитой материальной части с поля боя командиры батальонов от командования полка не получали, СПАМы (сборные пункты аварийных машин) организованы не были, так например:
1) танк Т-34  № 859934, командир танка зам. политрука ГОСПОДАРЕВ – прибыл своим ходом в КАНЕВ, имея одну заднюю скорость. Простояв три дня с 13 по 16.8, не был эвакуирован на левый берег Днепра. 16.8 после минометного обстрела противника экипаж, за исключением командира танка, сбежал. Мост через Днепр был взорван, командир танка машину сжег. Мер к сбежавшему экипажу никаких не принято.
2) танк Т-28 № ?600, командир танка ст. сержант ЗИНЧЕНКО – из-за порчи мотора танк простоял три дня в ЯКОВКЕ, меры по эвакуации машины приняты не были, танк экипажем оставлен противнику.
3) танк Т-28  № 820, командир танка мл. воентехник СТЕПКИН - 9.8 оставив неисправную машину в ТРОСТЯНЕЦ, сам ушел с экипажем в ЛЯПЛЕВО за запчастями, только 10.8 направился к машине, но добраться к машине из-за огня противника не смог, экипаж машину бросил, сам вернулся в часть.
4) танк Т-28  № 1670, командир танка мл. лейтенант ГОРЕНЮК – из-за отсутствия средств эвакуации в районе КАНЕВА вывел танк из строя, сам пришел в часть.
5) танк Т-34  № 58810, командир танка ст. сержант МАРЧЕНКО – с разорванной гусеницей у ленивца вел огонь по противнику с места. Выходящие из боя танки помощи подбитому танку не оказали. Израсходовав огнеприпасы, экипаж снял вооружение и оптику, машину оставил на поле боя, танк сожжен противником.

        ВЫВОДЫ

Несмотря на хороший замысел, танковая дивизия использовалась неправильно:
а) исходный район для танков назначен под артиллерийским и минометным огнем противника.
б) привлечение танковой дивизии для наступления без надлежащей организации взаимодействия с конницей, артиллерией. Совершенно отсутствовала авиация.
в) направление ТД на реку РОССЬ  без соответствующего обеспечения переправочными средствами.
г) плохая организация переправы танковой дивизии через Днепр.
д) командованием танковой дивизии не была четко организована эвакуация подбитых танков.
е) учет потерь танков командованием дивизии поставлен был плохо.
        Все это повлекло излишнюю потерю танков.

         ДЕЙСТВИЯ ПОД ДНЕПРОПЕТРОВСКОМ

       19.8.41 г. по приказу командующего Резервной армией дивизии совместно с частями 275 СД ударом в направлении СУРСКО-МИХАЙЛОВСКОЕ [приказано] восстановить положение на фронте.
        Атака была организована без надлежащей разведки, и танки дивизии наткнулись на организованную противотанковую оборону и мины. В этом бою ярко бросается в глаза неправильное использование танков Т-34. Так, например, в 24 ТП из 7 танков 2 взяли в резерв командира дивизии, а остальные использовались: один – танк командира полка, один – танк НШ, один - танк военкома, один – танк ПНШ и один – танк политрука роты.
        В штабе дивизии: один – танк командира дивизии, один – танк военкома, один – танк начальника политотдела, один – танк НШ и один – танк военкома штаба.
        Из общего количества до 30% танков не могли быть использованы как огневые средства.   
        Кроме того, поспешность и торопливость со стороны штаба Резервной армии не дала возможность поставить задачу экипажам, что влекло к неуверенности и медлительности во время атаки.

          ВЫВОДЫ

1.  Отсутствие разведки повлекло за собой излишнюю потерю танков: Т-34 – 18; БТ – 7; БА – 6.
2.  Неправильное использование танков Т-34 – до 30% не вело огня.
3.  Незнание задач экипажами влечет за собой медлительность атаки: танки «ползли», и их расстреливали.
4.  Неправильное  расположение командного пункта командира дивизии на скатах у самой высоты, все танки штаба дивизии уничтожены огнем противника.
5.  Излишняя торопливость высших штабов и отсутствие времени на доведение задач до экипажей пагубно отражаются на действиях танковых войск.

           ОБЩИЙ ВЫВОД

        12 ТД месяц назад пополнилась 200 танками и представляла мощную боевую единицу. Использованная без взаимодействия с другими родами войск – конницей и артиллерией – совершенно не поддержанная авиацией, понесла громадные потери без должного воздействия на противника.
       Управление со стороны командира дивизии было явно слабое: отсутствовала разведка, организация переправ и  эвакуация подбитых танков. Безответственность командиров к оставлению танков на поле боя без причин говорит о слабой требовательности командиров всех степеней.
        Нужно решительно покончить с продолжающимся уничтожением без видимой пользы танковых частей со стороны общевойсковых начальников и потребовать строжайшей судебной ответственности с командиров танковых частей и соединений за каждую оставленную на поле боя машину.


ГЕНЕРАЛ-МАЙОР  
/КРИВОШЕИН/
3.9.41

Версия для печати


Рейтинг: 5.00 (проголосовавших: 8)
Просмотров: 21570

Добавить в закладки | Код для блога
Предварительный просмотр:
Сайт Марка Солонина
"Нарком обороны обо всем этом не знает..." (два доклада генерала Кривошеина)
.

Уважаемые пользователи! Если в ходе ознакомления с данным материалом у вас появилось желание задать вопрос лично Марку Солонину, предлагаем воспользоваться страницей обратной связи.

2016
2013
2012
2011
Copyright Mark Solonin
Создано brandangels.ru
Использование материалов сайта разрешается при условии ссылки (для интернет-изданий — гиперссылки) на solonin.org
Отправить сообщение Марку Солонину